xyh_polar (xyh_polar) wrote,
xyh_polar
xyh_polar

Categories:

Уничтожение хищников (1923 г.)

Северный Охотник, 1923, №3-4, с.4-6

[4]

Нечто о волках
"Волчий вопрос" многократно обсуждался у нас, все мы хорошо знаем положение этого вопроса в настоящее время, но к сожалению, у всех нас не хватает одного:— определенных конкретных цифр, которые точно могли бы указать сумму убытков, причиняемых волками нашему сельскому хозяйству и количество волков убитых. Конечно, еще меньше мы можем судить об ущербе, наносимом волками охотничьему хозяйству. Я бы и не стал вновь говорить о волках, если бы не располагал теми данными, которые удалось извлечь из анкет, разосланных в 1921 г., Центрохотой и о которых я считаю не бесполезным говорить в печати.
Я не буду касаться недостатков самой анкеты, ограничусь только указанием на то, что в анкете многие вопросы поставлены не достаточно резко и определенно, а потому и ответы получались не точные, не ясные, хотя необходимо отметить при этом, что многие Губохоты и Союзы, видимо, сами не имеют у себя никаких точных данных, а потому в ответах предпочитали ходить вокруг и около и говоря многое, не сказали собственно ничего, так что вина за неясности падает все же на дававших ответы на анкету, а не на самую анкету. Так например губернии: Северо-Двинская, Московская, Архангельская, Калужская не дали в ответах ни одной цифры. Весьма характерно, что Московская губ. оказалась в числе не имеющих никаких сведений ни о количестве убитых волков, ни об убытках, причиненных волками, и ограничились только сообщением, что в 1920 году убито сорок волков.
Всего к тому времени, когда я имел в руках анкеты (май или июнь 1922 года) ответы были получены только от 35 губерний и отдельных областей и республик. Из многих губерний в ответах не указано по стольким волостям из имеющихся в губернии даны ответы, а сообщается только: сведения имеются не от всех волостей, сведения поступили только за часть года и т. п.
Видимо сами составители ответов не уясняют себе важности в данном случае точных и определенных ответов. Составители очевидно не понимают, что в данном случае Центрохота только тогда сможет добиться существенной помощи и ассигнования кредитов от Центральных органов, когда будет располагать большим материалом вполне определенно и рельефно представляющим колоссальный вред, наносимый Государству волками. Только вооруженная точными и исчерпывающими цифрами Центрохота сможет доказать, что бедствие от волков действительно приняло размеры Государственного бедствия и что его можно ставить на ряду с эпизоотиями. Только тогда, когда сами Губохоты и Губсоюзы поймут необходимость располагать точными и исчерпывающими цифрами и приложат сами необходимые усилия для постоянного получения таких цифр, только тогда, повторяю, можно будет этот больной вопрос сдвинуть с мертвой точки и начать систематическую и планомерную борьбу с волками.
Во всяком случае даже те неполные и не точные цифры, которыми мы располагаем по материалам анкеты, дают устрашающую картину и позволяют сделать некоторые интересные выводы.
Всего в 1921 г. убито по данным анкеты 3112 волков.
Сама по себе цифра довольно значительная и дающая некоторое представление о колоссальном размножении волков, но она приобретает еще более показательное значение, если сопоставить ее с дальнейшими ответами о том, как велась борьба с волками и какими средствами располагало население в этой борьбе.
В отдельных губерниях убито громадное количество волков и видимо, их в этих губерниях действительно невероятное количество. Так в Смоленской губернии убито 212 волков, но в анкете указано, что сведения неполные: по Юхновскому уезду, напр., ответы получены только из восьми волостей, и то за время с 1-го мая по 1-е октября — предполагают, что в губернии убито не менее 400 волков. В Алтайской губернии убито 521 волк, в Семипалатинской — 272, в Воронежской — 252 и столько же в Саратовской.
Не буду перечислять других и укажу только, что в 10 губерниях убито в каждой больше 100 волков: от 120 в Татарской Республике — до 521, как выше указано, в Алтайской. Борьба с волками велась, как видно из анкеты, слабо. Большинство ответов гласит: "борьба велась только Союзами, но за отсутствием средств работа протекала вяло", "неорганизованно", организованы были отряды, но за отсутствием средств не могли проявить достаточной деятельности, население на облавы не являлось", отдельными охотниками и т. п.
Резюмируя ответы, можно сказать, что Союзы в большинстве в меру своих сил старались бороться с волками, но за отсутствием соответственных средств и поддержки, как со стороны властей, так и населения, не могли проявить достаточно плодотворной работы, а потому и результаты борьбы недостаточны. Лучшие результаты получены там, где Союзы были хорошо организованы и где были отдельные охотники или группы их (промышленники), принимавшие участие в этой борьбе (Смоленская, Витебская, Алтайская губ. и другие).
По третьему и пятому вопросам анкеты: "Велико ли у Вас волчье засилие и какой ущерб, принесен ими в 1921 году" факты гибели людей и скота — подробно указать случаи". Ответы, несмотря на не полноту сведений, производят зачастую кошмарное впечатление, но во многих случаях это не ответ на анкету, а простая отписка. Так например "Установить засилие нет возможности. Зверь бродячий" — Ставропольская губ., — более точных сведений нет" — Рыбинская губ., Северо-Двинская, Нижегородская, Московская и Курская не дали ни одной цифры.
Ответ Алтайской губ. и Татарской Республики привожу полностью по поступившим сведениям уничтожено около 2000 голов крупного скота и 10.000 мелкого. Местами погиб весь молодняк до года. Временами прекращалось сообщение между населенными пунктами. Лесная стража не могла исполнять обязанностей. Жители не ездили за сеном и дровами. От волков погибло десять человек в плоскостных районах. С Горного Алтая сведений нет. По четырем кантонам из тринадцати уничтожено: 155 лошадей и 81 жеребенок, 261 корова и 134 теленка, 235 свиней, 1287 коз и овец и 2620 гусей. Случаи поедания обессиленных и голодных людей очень не редки, но зафиксированных данных в Татохоте нет, что не уди-

[5]
вительно, так как население привыкает уже к фактам людоедства и поедания трупов людей и на такие пустяки, как поедание людей волками уже мало, обращает внимания. Всего по данным анкеты уничтожено: крупного скота 45.498 голов, мелкого — 29.589, свиней — 2417, собак — 3639, птицы — 7533.
Людей погибло — 24. Совершенно ясно, что эти сведения страшно преуменьшены и далеко отстают от действительности. По многим губерниям, как я уже указывал, нет никаких цифр, по многим сведениям даны только по нескольким волостям и не за все время. Я не задавался целью лично пополнить этот материал, но из случайно попавших мне в руки сведений могу сказать, что в Тиманской Тундре Архангельской губ. за одну зиму 1921—22 года погибло свыше 1000 оленей в Мурманской губ. от волков по некоторым волостям погибло от 10 до 15% всех оленей. В маленькой деревушке Новгородской губернии Видегош только в летние месяцы 1922 года заедено волками 18 голов крупного скота и 30 голов мелкого. Очень обстоятельные сведения, хотя и не в анкете, имеются по Тульской губернии и эти сведения до некоторой степени могут осветить данные анкеты и подчеркнуть их неточность и преуменьшенность.
В Тульской губернии имеется 268 волостей, из них дали сведения 56. Из них 38 волостей за 6 месяцев, 12 волостей за 3 месяца и 6 волостей только за 2 месяца. Погибло в этих волостях: 1871 голов крупного скота, 1682 гол. мелкого и 4982 гол. птицы. Показательны также данные анкеты по Уфимской губ., где общие убытки от волков определены по местным ценам более,, чем в 350. 262.000 руб. 350 миллионов в 1921 году. В настоящее время, это составило бы трильоны и трильоны—ведь в 1921 г. золотой рубль стоил еще только несколько тысяч рублей.
На сколько цифры анкеты преуменьшены может отчасти служить доказательством и цифры гибели скота от волков за прошлые годы.
В губерниях Европейской России в 1874—75 году погибло 182.777 голов крупного скота и 574—975 голов мелкого 1). По общим отзывам в настоящее время от волков погибает несравненно больше скота, чем это имело место в годы до войны, участились также и случаи нападения на людей.
По сообщениям с мест (что отчасти отражено в анкете) волки даже днем врываются не только в деревни, но даже в города.
Все имеющиеся отзывы единогласно отмечают колоссальное размножение волков и приходится только пожалеть, что мы и после получения настоящей анкеты все же не имеем, хотя бы из нескольких районов исчерпывающих данных о волчьем засилии и вновь принуждены оперировать рассказами, впечатлениями, косвенными, указаниями, а не точными цифрами. Как ни странно довольно обстоятельные сведения получены из некоторых мест по вопросу о том, много ли осталось неуничтоженных волков. По отдельным губерниям осталось от 250 в Череповецкой до 6500" Кубано-Черноморской. В Рязанской считают, что осталось более 60%.
В общем, повидимому везде осталось очень много волков, несравненно больше, чем их уничтожено, а потому, принимая во внимание плодовитость волка, приходится думать, что убытки, причиняемые волками, будут в дальнейшем прогрессивно возрастать. Почему
1) Примечание 1, Силантьев. Обзор промысловых охот, стр. 393.
получились столь слабые результаты? На этот вопрос в анкете ответы единодушны и могут быть резюмированы в одном выражении: "нет средств". Местами это положение детализируется: нет огнеприпасов, флажков, дороги разъезды, нельзя найти загонщиков, у населения отобрано оружие и т. п.
Так же единодушны ответы и по вопросу о содействии местных властей и об них отношении к охоте". Содействия не оказывали, смотрят на охоту, как на забаву". Только в двух-трех местах были отпущены небольшие средства на борьбу с волками, но и то с значительным опоздание Хоперский Земотдел, (Ярославская губ.). Лишь по Кубано-Черноморской губ. отмечается сочувственное отношение местных властей.
Для оживления и большей успешности борьбы с волками, как видно из анкеты, места считают необходимым иметь специальные кредиты для этого, назначение премий за убитых волков, присылку окладчиков в качестве инструкторов, ознакомление населения со способами охоты на волков, применение капканов. Очень немногие ответы указывают на желательность применения стрихнина. Как ни не полны данные в анкете ответы, все же на основании их можно сделать некоторые выводы.
Видимо, наиболее успешны были результаты борьбы с волками там, где деятельны союзы и где среди населения имелись опытные зверовые охотники. В виду того, что с введением Нэпа в силу многих причин, о которых говорить здесь не будем, в большинстве мест союзы ослабели, лишились многих членов и средства их еще более уменьшились, Губохоты также обеднели, то в дальнейшем не приходится расчитывать на более успешную их деятельность в борьбе с волками и приходится главные надежды возложить на отдельных любителей и специалистов зверовых охотников. Но для большинства из них волчья охота представляет мало привлекательного. Охота на волка требует больших усилий и затрат и шкура его никогда не может компенсировать охотника - промышленника, которому выгоднее заняться добыванием дичи или пушных зверей, а не проблематичной погоней за волками. Любители их не так много, да и весьма немногие из них располагают средствами, необходимыми для волчьих охот. Расчитывать на то, что Государство сможет дать в настоящее время достаточные средства союзам или Губохотам для организации в широком масштабе борьбы с волками не приходится. Таким образом мы как бы уперлись в тупик, из которого нет выхода. Но это несовсем так. Государство не может дать достаточных средств для организации на всей территории Республики планомерной борьбы с волками, но оно может стимулировать борьбу с волками отдельных зверовых охотников промышленников и любителей назначением достаточно высокой премии за каждого убитого волка. Что этот способ установление премии является вполне целесообразным и достигающим цели примером служит Франция 1).
Во Франции до революции волков было очень много, благодаря феодальным порядкам, при которых правом охоты располагали только сениоры. За годы революции в связи с войной и внутренним беспорядком волки необычайно размножились и поэтому первое же Революционное Правительство—Конвент вынужден был
1) Все дальнейшие указяния я беру из следующих работ: L. Ворре. Chasse et Peehe en Franse. Paris Levrault a C-ie, Ernest Jullien. La chasse fon histoir et la begistation. Paris. Librairie Academique. Didier a C-ie. Libraites-Editeuff.
[6]
прибегнуть к мерам борьбы с этим злом. Поэтому II вентоза, в III-й, год революции был издан специальный закон о борьбе с волками. Параграф 1-й этого закона гласит: "каждый гражданин, который убьет щенную волчиху, получает премию 300 ливров, волчиху не щенную — 250 ливров, волка — 200 ливров, волчонка ростом меньше лисицы — 100 ливров". Кроме назначения премии этим же законом устанавливались и другие меры, как, например: лесным чинам предписывалось не меньше одного раза в три месяца делать облавы в казенных лесах, допускать частных охотников в казенные леса для охоты на волков и т. п., но все эти меры имеют вполне паллиативный характер и сами по себе не могли бы дать ничего существенного. Но назначение крупной премии быстро достигло цели, волки уничтожались в колоссальном количестве, так что уже 10-го мессидора V года явилась возможность значительно уменьшить премии: за щенную волчиху выдавали — 50 ливров, за волчат — 20 ливров и за остальных волков — 40 ливров. Специальная премия в 150 ливров была установлена за убой волка, напавшего на человека.
Законодательным актом последующих правительств Франции премии изменялись, но все же были сохранены и по последнему охотничьему закону 1882 года установлены в размере 200 франков за волка, напавшего на человека, 150 франков за щенную волчиху, 100 франков за волка и холостую волчиху и 40 франков за волчонка. Благодаря постоянным преследованиям волков во Франции осталось очень мало и в 1896 году всего убито — 171 волк и в 1897 году — 189 волков. Любопытно, что первые законодательные акты, касающиеся борьбы с волками изданы во Франции в 1436 году, когда Королевским декретом Карла VII была разрешена всем гражданам охота на волков, назначена премия за убитых в размере 20 су и учреждены должности волчатников ловчих 2), на обязанности которых лежала борьба с волками. Если, впрочем, обратиться к истории, то, не вдаваясь в глубокие исследования, интересно все же отметить, что даже в древности уже были законы, поощряющие борьбу с волками, Солон установил в Афинах премию за убитого волка в размере 5 драхм—куриозно, что за убитую волчицу премия была только в одну драхму.
Считая назначение премии одной из существующих мер борьбы с волками, я бы полагал, что премии эти должны оплачиваться из местных средств, но во избежание нежелательных задержек в выплате премий, Государство должно авансировать Губисполкомы, причем в конце года производится расчет за премии, которые раскладываются на все Губисполкомы и У исполкомы пропорционально площади земли, занимаемой каждым уездом. Это избавит от непосильных уплат те местности, в которых в силу разных причин в данное время слишком много волков, и привлечет к платежу те местности, в которых волков мало. По моему мнению такой способ расплаты был бы вполне справедлив, так как волки составляют общенациональное бедствие, и все население страны должно в силу этого нести известные расходы по борьбе с этим бедствием 3).
Самый размер премии мог бы быть установлен такой: щенная волчица. 10—15 руб. золотом, волк и яловая волчица 5—8 руб. Волчонок (щенок) 4—5 рублей, для того, чтобы заинтересовать население в розысках выводков, особенно желательно установление возможно крупной премии за волчат, в виду существующего местами поверья, что волки мстят за уничтожение их щенков, а потому только созданием материальной заинтересованности можно побороть этот вредный предрассудок. Кроме установления премии, необходимо настаивать, чтобы Государство отпускало хотя бы небольшие средства на приглашение инструкторов-окладчиков и приняло-бы меры через Союзы к организации отравления волков стрихнином,
Заканчивая на этом мой несколько затянувшийся очерк, считаю долгом принести благодарность Центроохоте, предоставившей мне свои анкеты.
2) Louvetier,
3) Считаю нужным указать, что такое же мнение высказано Силантьевым в его "Обзоре промысловых охот".
Петроград. С. Керцелли.

Tags: "Северный охотник", 1920, 1921, 1922, 1923, волки, старые журналы
Subscribe

Posts from This Journal “"Северный охотник"” Tag

  • "Северный охотник", №1, 1923 г.

    Книжная полка„Северный Охотник", орган областн. предст. Ц. К. Всерос. Союза охотников; № 1, Вологда, Январь 1923 года. На скучном…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments